На дворе была поздняя весна, деревья вновь ожили, на их ветках были набухшие почки, они были похожи на наши набухшие сердца и не менее набухшие члены жадно пульсирующие ранним утром. Мы шли по центру города, были пьяны алкоголем и весенними запахами окутавшими все насущное, ещё было темно, но между башен, «Москва Сити» на той стороне реки уже был слышен звон надвигающегося дня. Мы прошли до Киевского вокзала и шли по большой Дорогомиловской улице, мой друг и его девушка вечно отставали, такое бывает когда сильно увлечен друг другом, я шел и слушал звуки просыпающегося голоса, таксисты развозили разочерованных пьяных девиц, не нашедших себе кавалеров на предстоящие выходные, кто-то блевал за палаткой с мороженым, а кто-то выбегал из круглосуточного продуктового с криками «пидерасы не продают…» Я обернулся чтобы посмотреть где мои друзья, обернувшись их не было, наверное они любили друг друга в соседнем сквере или дарили друг другу страстные поцелуи смущая узбекского таксиста. Я шел дальше и ощутил на себе взгляд, подняв глаза я увидел ее, ее о ком не хотелось вспоминать и говорить потому что было больно, она стояла в черном обтягивающем платье и смотрела на меня, увидев мой взгляд она смутилась, а ее тело источало злость, мы стояли и смотрели друг на друга, я думал двинуться дальше, но она развела руки как будто с вопросом «так и будешь стоять?» Черт, подумал я, надо было просто идти и не останавливаться, я подошёл
-привет, как ты? Хорошо выглядишь.
-привет, хорошо, а ты выглядишь также как и всегда, потерянный.
— что-то не меняется
— я собираюсь домой, пойдешь со мной? Я живу в доме напротив.
-ничего себе, с каких пор у бедных студенток есть средства на квартиру в центре Москвы?
-не твое дело, мне помогли, идешь или нет?
-ну если приглашаешь, то пошли.
Всю дорогу мы шли молча, а между нами не спадало напряжение, как будто меня вели на казнь.
Она жила на 6 этаже в угловой квартире, это был старый дом с огромными потолками, с большими старыми резными дверями, квартира была прекрасна и пропитанная историями.
-будешь кофе?
-а у тебя как раньше сожрать не чего?
-заткнись, я тебя не кушать позвала.
-хорошо, мне кофе, как обычно, если помнишь как это…
-о тебе разве забудешь?
Мы стояли на балконе, пили кофе, она жадно и быстро курила, сначала одну сигарету, а потом и вторую. Она стала курить, надеюсь не из-за меня, подумал я.
-ладно, допивай кофе и приходи в комнату.
Она бросила окурок вниз и удалилась, я курил медленно и наслаждался прекрасным кофе, к тому времени солнце выглядывало из-за домов и пространство наполнялось живым светом, тянуло спать и я отправился в комнату. Зайдя в комнату я увидел ее голой, лежащей на кровати
-ну что ты стоишь? Иди ко мне
Я подошёл и молча лег.
-ты так и будешь лежать?
Она стала меня целовать, садясь на меня сверху и расстёгивая мой ремень, -не надо, не делай это, тебе это не нужно.
Я убрал ее руку и «скинул» на кровать, она заплакала.
-зачем ты меня бросил?
-я тебя не бросал, просто нам не по пути. Мы разошлись. Она плакала, положа свою голову мне на грудь. После мы уснули. Я проснулся через пару часов от телефонного звонка, это были мои пропавшие друзья, объявились, сообщили что у них все хорошо и поинтересовались живой ли я. Я лежал и смотрел на нее, она была такой же прекрасной как и ранее, я поцеловал ее спящей, потом ещё раз, пока она не проснулась и жадно не впилась в мои губы, она растянула мой ремень и царапая спину содрала с меня штаны, мой член набух как почки на деревьях, я лег и посадил ее сверху, вошел в нее и мы трахались, трахались «грязно» и в этом сексе была одна боль и слезы начали течь по ее щекам.
Обеденный секс прекрасен также как и обеденный сон. Любые отмазки означают лишь то, что это не Ваш человек. Любое совместное действие которые раздражают того или иного означает лишь то, что это не ваше.
И слезы текли от понимания что это уже не ваше, не ваше в смысле что Вы уже слишком другие, разные, не такие как были ранее и что все фантазии и воспоминания уже не подходят под те ощущения члена в ее киске. Я так и не кончил, она сидела и плакала, а я лишь сказал
-прости, я пожалуй пойду.
Я вышел на улицу, было яркое солнце и мне стало от него плохо, как будто все мое дерьмо освещалось и все это видели. К сожалению, прошлого не вернуть, люди слишком быстро меняются. Уже не будет того, что было раньше, даже если этого очень сильно захотеть, любовь увы неподвластна.