Знаешь, а я живой и чувствую.
Я знаю кучу стихов наизусть. И иногда читаю их сам себе на ходу. Или дома под бокал вина.
Иногда я слушаю Полозкову и даже Аккерман, когда у него проявляется что-то светлое. Слушаю, замираю и иногда даже плачу.
А иногда, закутавшись в одеяло с литрами чая, смотрю «Сладкий ноябрь», «Помни меня» «Опустевший город» и тоже плачу. Потому что есть что-то близкое мне, или там есть чувства.
Знаешь, я люблю гулять, гулять один по городу, гулять и мечтать о чем-то обычном. Или вспоминать, как когда-то с кем-то или один, в другом городе или на знакомой улице я был счастлив.
Или стоя у мыса под ветром, замёрзнув, шатаясь от усталости чувствовать безмерную любовь ко всему на свете.
И мне смешно, когда говорят, что я как «заводная игрушка-ебушка» и не более. Просто многим этого не нужно. В смысле вся эта романтика, поэзия, чувства. Они слишком заняты подстройкой своего «мнимого, навязанного, выдуманного счастья».
Они слишком рациональны,
либо зажаты,
либо напуганные,
они не позволяют себе чувствовать и не позволяют выставлять свои чувства напоказ.
Но мне все это не важно. Просто знаешь, я живой и я чувствую. Просто никто не хочет это услышать.
Знаешь, я живой. Я хочу все эти новогодние подарки под ёлкой или совместно готовить шоколадный пирог, пусть он 300 раз будет невкусный и все сгорит к чертовой матери. Я хочу ездить к родителям и делать им подарки, делая их счастливыми.
Почему, когда ты открываешь душу, люди съёживаются, убегают.
Конечно, несправедливо утверждать, что у других нет борьбы, которую мы не видим. Просто я не понимаю всех этих нападок и осуждений. И каждый скажет: «Да кому ты нужен», но даже в этой фразе уже чувствуется вся злоба или непонимание, непринятие.
Знаешь, а я живой и чувствую.